Бессонница: что говорят великие

Франклперлз

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Для многих людей, переживающих депрессию, бессонница является одним из самых мучительных ее симптомов. Если удается заснуть на какое-то время, то в середине ночи или под утро просыпаешься и дрожишь от страха перед наступающим днем. Это никак не придает уверенности в себе и более того, часто служит признаком воображаемой болезни или сумасшествия для страдальца. Транквилизаторы пригашают тревогу и дают отдых на некоторое время, но, как правило, кардинально проблема сна не решается.

В свое время создатель гештальттерапии Фриц Перл написал в своей книге «Внутри и вне помойного ведра»: «Однажды я прочитал штату нашего госпиталя доклад. Я хотел построить его настолько понятно, чтобы даже доктор медицины смог понять принципы формирования гештальта. Я выбрал частный симптом — бессонницу, как попытку организма справиться с проблемами, являющимися более важными, чем сон.

Боязнь прихода следующего дня, неосуществленная месть, непредвиденная обида, сильное сексуальное влечение — только отдельные из подобных неоконченных ситуаций, вмешиваясь, удаляют нас от мира, который мы называем сном.

Для того, чтобы справиться с неоконченной ситуацией, организм должен создать все возрастающее возбуждение. Чрезмерное возбуждение и сон несовместимы. Таким образом, если вы не можете спать, значит вы не можете приложить возбуждение к незаконченному гештальту, поэтому должны искать другой выход, выходить из себя из-за бессонницы или твердой подушки, или лающей собаки. Чем вы злее, тем меньше возможность уснуть. Закрытие глаз не помогает. Закрытые глаза не приносят сна, сон приносит закрытие глаз.

Вы, конечно, можете найти убежище в панацее современной медицины — транквилизаторах, которые глушат возбуждение наших жизненных сил и положить свои неразрешенные проблемы под сукно».

Я совершенно согласен с ним в этом: причина бессонницы — в конкретных вопросах и проблемах, которые тревожат и пугают человека, и особенно сильно ночью, когда все отвлекающие шумы уже утихли и он остался наедине сам с собой. Вот, однако, что предлагает другой великий профессионал психотерапии, Виктор Франкл, с чем я тоже вполне согласен:

«Чем врачи могут помочь пациентам, борющимся с лишающим сна тревожным ожиданием того, что за всю ночь так и не удастся заснуть? Этот страх может разрастись до так называемого страха постели: человек с нарушенным сном весь день чувствует себя усталым. Едва, однако, приходит время ложиться спать, его охватывает страх перед очередной бессонной ночью, он становится беспокоен и возбужден, и это возбуждение уже больше не дает ему уснуть. Этим он совершает самую большую из возможных ошибок: он подкарауливает сон. С напряженным вниманием он судорожно следит за тем, что происходит внутри него; однако чем сильнее он напрягает свое внимание, тем труднее ему расслабиться настолько, чтобы заснуть. Ведь сон — это не что иное, как полное расслабление. Человек сознательно стремится ко сну. Но ведь сон — это не что иное, как погружение в бессознательность. А любые мысли и мечты о сне способны лишь помешать заснуть.

Лишить силы страх ожидания бессонной ночи мы можем, лишь убедив пациента, что организм всегда получает то минимальное количество сна, которое ему безусловно необходимо. Это человек должен знать, и на основе этого знания у него должно возникнуть доверие к своему организму.

Если дело обстоит так, как я утверждал выше — судорожное стремление и сознательное желание заснуть, как и любое сознательное желание, прогоняет сон, — то что было бы, если бы человек лег, но не стремился заснуть, а вовсе бы ни к чему не стремился или даже, наоборот, стремился бы к чему-то иному? Тогда он заснул бы. Короче говоря, страх перед бессонницей должен уступить место намерению провести бессонную ночь, сознательному отказу от сна. Надо лишь решить: сегодня ночью я не собираюсь спать вообще, сегодня ночью я просто хочу расслабиться и подумать о том или ином, например о моем прошедшем отпуске или о предстоящем, и т.д. Если, как мы видели, желание заснуть делает засыпание невозможным, то желание не спать парадоксальным образом вызывает сон. Тогда человек как минимум уже больше не будет бояться бессонницы, вместе с тем он еще и приобретет возможность вызывать сон.

У Бернаноса в «Дневнике сельского священника» есть прекрасная фраза: «Не так трудно, как кажется, возненавидеть себя; благодать же состоит в том, чтобы себя позабыть». Немножко изменив это высказывание, мы можем сказать то, о чем многие невротики недостаточно часто вспоминают, а именно: презирать себя (сверхсовестливость) или следить за собой (сверхсознательность) далеко не так важно, как уметь в конечном счете полностью забыть себя.

Но только наши пациенты не должны делать это так же, как Кант, которому пришлось однажды уволить вороватого лакея. Он, однако, не мог оправиться от боли, которую вызвало у него это событие, и, чтобы заставить себя забыть его, повесил на стену своей комнаты табличку с надписью: «Мой лакей должен быть забыт». С ним случилось то же, что и с человеком, которому обещали раскрыть секрет превращения меди в золото при условии, что он во время соответствующей алхимической процедуры десять минут не будет думать о хамелеоне. В результате он был не в состоянии думать ни о чем другом, кроме этого редкого животного, о котором он раньше никогда в жизни не думал.

Пациент, страдающий фобией, должен научиться не только делать что-то, невзирая на страх перед этим, но и делать именно то, чего он боится, искать те ситуации, в которых он обычно испытывает страх [то есть идти на страх, учиться быть мужественным — М.Б.]. Страх отступит «не солоно хлебавши», ведь он представляет собой биологическую реакцию тревоги, которая стремится как бы саботировать то или иное действие или избегнуть той или иной ситуации, которую страх представляет как опасную. Если же больной научится действовать «мимо» страха, то страх постепенно утихнет, как бы атрофируясь от бездействия. «Жить в стороне от страха» — это, так сказать, негативная цель нашей психотерапии в узком смысле слова — цель, которую ей часто удается достичь раньше, чем с помощью логотерапии и экзистенциального анализа будет достигнута позитивная цель — научиться «жить в направленности на цель». («Человек в поисках смысла. Теория и терапия неврозов»)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *