Кувшинчик Гиппенрейтер

кувшин гиппенрейтерИзвестная советская и российская психолог, писатель Юлия Борисовна Гиппенрейтер предложила образ кувшинчика для описания причин «негативных эмоций» и, скажем так, девиантного (как она его называет «негативного») поведения. «Плохое поведение», к которому, вероятно, можно отнести и депрессию, с ее точки зрения, связано с подавлением человеческих потребностей в любви, признании, ласке, свободе, независимости, которые, в свою очередь, основаны на еще более базисных потребностях в принятии самого себя или, как пишет Ю.Б.Гиппенрейтер, в самоценности. Непринятие себя, низкая самооценка, связанные с недолюбленностью, с недополученной заботой, поддержкой в детстве, судя по всему, приводят к чувству неудовлетворенности жизнью. Тем самым подавляется то, что согласно Юлии Борисовне, является основой человеческой жизни:

«На самом дне эмоционального кувшина находится самая главная «драгоценность», данную нам от природы — ощущение энергии жизни. Изобразим ее в виде «солнышка» и обозначим словами: «Я есмь!» или более патетично: «Это Я, Господи!»

Кувшинчик, нарисованный Гиппенрейтер, очень точно иллюстрирует слои человеческой личности, однако слегка перегружен стрелками, которые связаны с внешним восприятием человека и отношением к нему. Безусловно, это верно: психические расстройства происходят именно из-за недополученной в детстве любви. На этом голландско-американский психотерапевт Конрад Баарс и его соавтор Анна Теруви основали идею «расстройства, вызванного лишением эмоций (любви)».

Однако, вопрос в том, что если убрать слово «потребности» и внешние стрелки, то в основании горшочка — как это ни странно для психолога-атеиста — остается только  «Я есмь!» или «Это Я, Господи!» Энергия или ощущение жизни, могут быть основаны на абсолютном признании этого «Я». «Я есть» как-то не может значить, что я есть только частично или же временно. Ощущение себя у человека может быть, вероятно только перфекционистским, то есть абсолютным на 100%. Вневременным и безграничным. В христианстве есть слово «испостась», которое как раз и означает такое абсолютное Я. Точнее «абсолютное-Я», неразрывно и слитно. Абсолютность, то есть нерастворимость и неуничтожимость не может быть из такого Я изъята.

Но опять же, как может возникнуть это ощущение абсолютности себя? И зачем оно и зачем о нем говорить? Обычно, человек, который находится в депрессии, чувствует что он как бы падает в некую бездонную пропасть, от чего испытывает непреодолимый ужас. Он чувствует, что он распадается, исчезает, растворяется.

Когда же он позволяет себе риск изучить себя и причины собственного психического расстройства, то в конечном итоге обнаруживает, что в глубине своего существа, в глубине своей личности обладает неуничтожимым, нераспадающимся, вечным… духом, Я, ощущением жизни, энергией, словом, чем-то, что остается навсегда и никогда никуда не исчезает.

Это тот или та Я, кому улыбается Бог! Поэтому и атеистка Гиппенрейтер не может по-иному определить этот самый глубинный уровень человеческой личности как только через слова о Боге. Тот, кому улыбается Бог, не может исчезнуть, распасться, исчезнуть, утонуть в пропасти. Он может только испытывать мир и радость. Радость возникает оттого, что я могу сказать Кому-то: Это я, Господи! А Он может мне ответить на это: ну и как ты сегодня? Ничего? Ну да, — отвечаешь — ничего. Спасибо, что все так хорошо!

В этом смысле базовая потребность в любви не является определяющей для человека, потому что он уже любим. Потребность или желание чего-то, чего у меня нет как-то исчезает и вместо нее возникает констатация факта: я любим и потому я есть! Все, больше ничего не надо искать вне себя, насиловать Вселенную своими требованиями и неудовлетворенными запросами, и вытекающей из него жалостью к себе. И если человек дает себе возможность увидеть и услышать эту любовь в себе самом, то тогда он меньше, намного меньше зависит от внешней любви и одобрения. А тогда зачем ему тяжелая депрессия?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *