Почему психологи боятся клиентов?

испугОчень часто психологи отказываются работать с тяжелыми депрессиями и отправляют клиентов к психиатрам, либо, если они сами закончили мединститут и являются клиническими психологами или невропатологами в прошлом, назначают сначала антидепрессанты. Тем самым, психотерапевты стараются избежать потенциальной опасности самоубийства возможно клиента. Да и в целом считается, что тяжелая депрессия с суицидальными мыслями — это епархия психиатрии. При поступлении человека на лечение в психиатрическую больницу при первичном опросе в приемном отделении его первым делом спрашивают о том, были ли у него такие мысли. От этого зависит жесткость контроля за ним в первое время и дозировки необходимых, с точки зрения лечащего врача, психотропных препаратов.

Что же так пугает психотерапевта в «тяжелых» случаях? Почему нельзя работать с человеком в таких ситуациях без таблеток?

Когда человеку совсем плохо, когда депрессия его вызывает крайнюю боль и он уже задумывался над прекращением своей жизни, страшно ошибиться и потом испытывать чувство вины за ошибку, да еще возможно и юридическую ответственность за «результат» работы (хотя в нашей стране такая ответственность на данный момент маловероятна). Ошибка возможна потому, что, как правило, психолог не обладает опытом преодоления такой тяжелой ситуации, которая привела человека в депрессию и/или он никогда не смотрел на мир так тревожно и с такой безысходностью, как его клиент. Ему часто нечем привлечь последнего, он не может вселить в него надежду на то, что есть иной путь, есть иной образ общения с самим собой, чем говорить, что все плохо, что ничего никогда не измениться к лучшему, что я самый плохой и никчемный.

Доверие и надежда — вот главные ингредиенты успешной работы психотерапевта в самом начале после встречи с человеком в депрессии. Однако страх неуспеха и привычка регулировать даже настроение человека через его биологию за счет внешних веществ не позволяет развивать навыки того, как налаживать такое доверие и дарить надежду. Одна моя знакомая вместе со мной пришла к психотерапевту в тяжелой депрессии. Его прием свелся к тому, что он выписал флуоксетин (прозак) и сказал подождать, пока он подействует, а потом уже он будет с ней беседовать о жизни. После второй встречи через полторы недели она попала в стационар. Она не могла находиться одна, с ней нужно было говорить, ее нужно было выслушивать, ее нужно было спрашивать, ей нужно было показать иной путь, кроме бесконечной безысходности. Этого не произошло. Ожидание того, когда подействуют антидепрессанты превратилось в мучительный и бесконечно-растянутый период сдерживания своих эмоций, рвавшихся изнутри, в конце концов приведших в стационар.

Доверие и надежда — это то, что психотерапевт может взять только из своего опыта и своей мудрости. Однако ответственность за результат работы лежит сугубо на клиенте. Это ему предстоит выходить из тюрьмы депрессии, это ему предстоит менять свои стереотипы и ценности, это он будет сам с собой говорить о смерти или жизни. Мы можем и должны сделать все от нас зависящее, но результат только за ним. Мы не контролируем жизнь клиента, как психиатры (да и то только в момент пребывания в стационаре), наоборот, мы учим его быть более свободным, уметь принимать свою свободу и правильно обращаться с ней. Свобода от депрессии — это свобода от постоянной грусти, от зависимости. Надежда на появление такой свободы возможна с первой сессии.

 

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *