Заколдованный круг фобии

Фобии и панические атаки как лакмусовая бумажка открывают человеческую, не биохимическую природу душевных расстройств. Множество раз люди, которые испытывают страх быть с другими людьми, ездить в общественном транспорте, находиться в супермаркетах, летать в самолетах, выходить на улицу, обращаются к невропатологам, хирургам, терапевтам, делают множество обследований, в том числе на предмет онкологических заболеваний. Все бесполезно, у них нет никаких заметных патологий, врачи говорят им, чтобы они не думали о плохом, чтобы они взяли себя в руки, а они не могут ничего с собой поделать. И в автобусе страшно, и в супермаркете… А жить-то хочется на полную катушку: путешествовать, общаться, развиваться.

Причина фобий и панических атак изучена уже более сто лет как. О психических расстройствах, их структуре и причинах психотерапия знает столько, сколько ни один врач не знает об аппендиците! И хотя у каждого страдающего человека картина и путь выздоровления уникально-свой, тем не менее знаний об этих душевных проблемах в психологии столько, что помочь можно практически в 99% случаев. Вопрос лишь в том, хочет ли этого человек. Ведь фобии нужны ему для очень важной цели: спрятаться от еще более страшной проблемы — от своей жизни. Это очень серьезно.

За фобии никого нельзя осуждать, но и насильно никого не вылечишь, никому не поможешь. Нельзя, не получится никому причинить насильно добро. Поэтому можно только отдавать то, что есть, просвещать. А там как Бог даст.

Вот важные соображения В.Франкла из книги «Человек в поисках смысла» и «Теория и терапия неврозов. Введение в логотерапию и экзистенциальный анализ», приоткрывающие завесу над природой фобий и панических состояний.

«Среди рассматриваемых невротических реакций есть типичные. Общее название этого типа реакций — страх ожидания. Как известно непредвзятому клиницисту, страх ожидания нередко является собственно патогенным фактором в рамках этиологии невроза, то есть он сам по себе фиксирует преходящий и безобидный симптом, заостряя на себе внимание пациента. Так называемый механизм тревоги ожидания известен практикам: симптом порождает соответствующую фобию, а фобия эта усиливает и закрепляет симптом, и таким образом закреплённый симптом ещё больше укрепляет страх пациента перед возвращением симптома (см. рис.).

Пациент оказывается заключённым в заколдованный круг, который, таким образом, замыкается, и пациент окутывается им, как коконом.

Пояснить это можно на конкретном примере: к нам обратился один молодой врач, он страдал тяжёлой гидрофобией. От природы юноша был вегетативно лабилен. Однажды он протянул для приветствия своему начальнику руку и заметил, как всё сильнее потеет. В следующий раз в аналогичной ситуации он уже ждал, когда же его обольёт потом, и страх ожидания привел к тому, что «тревожный» пот просочился сквозь поры молодого человека. На этом circulus vitiosus [порочный круг] замкнулся: гипергидроз спровоцировал гидрофобию, а гидрофобия зафиксировала гипергидроз.

Неврозы смогут вырваться из этого круга, если их терапия уподобится действию ножниц. Мы должны предпринять концентрированную атаку как против симптома, так и против фобии. Другими словами, в смысле симультанной соматопсихической терапии одна бранша терапевтических ножниц, способных разорвать невротический круг, взломать его, должна быть направлена на вегетативную лабильность как соматический полюс заболевания, а другая бранша терапевтических ножниц должна быть приложена к реактивной тревоге ожидания как к психическому полюсу болезни…

В этой теории [логотерапии Франкла] мы различаем три патогенных паттерна реагирования. Первый можно описать следующим образом: некий симптом (см. рис.) вызывает у пациента опасение, что он может повториться вновь, и вместе с эnим возникает страх ожидания (фобия), который приводит к тому, что симптом действительно появляется снова, что лишь усиливает изначальные опасения пациента. При известных условиях сам страх может оказаться тем, повторения чего пациент боится. Наши пациенты сами спонтанно говорили нам «о боязни страха».  Как же мотивируют они этот страх? Как правило, они боятся обморока, инфаркта или апоплексического удара. А как реагируют они на свой страх перед страхом? Бегством. Например, они стараются не выходить из дома. По сути, агорафобия является примером этого первого невротического паттерна реагирования по типу фобии.

В чем, однако, «патогенность» этого паттерна реагирования? В докладе, сделанном в Нью-Йорке 26 февраля 1960 г. по приглашению Американской ассоциации развития психотерапии, мы сформулировали это следующим образом: «Фобии и неврозы навязчивых состояний вызываются, в частности, стремлением избежать ситуаций, порождающих тревогу». Второй патогенный паттерн реагирования наблюдается не при фобиях, а в случаях неврозов навязчивых состояний. Пациент находится под гнетом овладевших им навязчивых представлений (см. рис.), пытаясь их подавить. Он старается противодействовать им. Это противодействие, однако, лишь усиливает первоначальное давление. Круг опять замыкается, и пациент оказывается внутри этого порочного круга. В отличие от фобии, однако, невроз навязчивых состояний характеризуется не бегством, а борьбой, борьбой с навязчивыми представлениями. И здесь нельзя обойти вопрос, что движет пациентом, побуждает его к этой борьбе. Как выясняется, пациент либо боится, что навязчивые представления не ограничатся неврозом, что они сигнализируют о психозе, либо же он боится, что навязчивые представления криминального содержания заставят его в самом деле причинить кому-либо зло-кому-то или самому себе. Так или иначе, пациент, страдающий от невроза навязчивых состояний, испытывает не страх перед самим страхом, а страх перед самим собой…

…Нам осталось теперь рассмотреть третий патогенный паттерн еагирования. Если первый характерен для фобий, а второй-для неврозов навязчивых состояний, то с третьим механизмом патогенного реагирования мы сталкиваемся при сексуальных неврозах, в случаях нарушения потенции и оргазма. В этих случаях, как и при неврозах навязчивых состояний, мы вновь видим, что пациент занят борьбой, однако это борьба не против чего-то (как при неврозах навязчивых состояний-против навязчивых идей), а борьба за — в данном случае за сексуальное наслаждение в виде потенции и оргазма. Однако, к несчастью, чем больше мы стремимся к наслаждению, тем решительнее оно от нас ускользает. Путь к обретению наслаждения и к самореализации ведет только через самоотдачу и самоотречение. Тот, кто считает этот путь окольным, впадает в искушение избрать более короткий путь и устремляется к наслаждению как к цели, только этот короткий путь оказывается тупиком»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *